Трон: Наследие (Tron: Legacy)

Сэм Флинн (Гарретт Хедлунд) был еще совсем маленьким, когда его отец Кевин (Джефф Бриджес), гениальный компьютерщик и разработчик видеоигр, отлучился из дома «на минутку» и бесследно исчез. С тех пор минуло двадцать лет, но Сэм, кажется, так и остался ребенком. Во всяком случае, наследовать корпорацию, когда-то принадлежавшую отцу, а теперь доставшуюся злобным монополистам, у парня нет ни малейшего желания: скучно и неинтересно. Зато ему не лень гонять по ночам на мотоцикле и ежегодно хакать очередную модную систему, созданную на деньги все тех же финансовых воротил – ведь информация хочет быть свободной.

Бесцельное существование прерывается странным сообщением, пришедшим на пейджер отцовского друга. И вот уже Сэм открывает потайную дверцу в старом видеозале, из-за которой доносятся звуки «Sweet Dreams Are Made of This», и оказывается в дивном новом мире ТРОНа. Здесь, среди сияющих микросхем и невероятных компьютерных наворотов, уже два десятилетия живет в заточении Кевин Флинн: созданный им когда-то клон захватил власть над виртуальной реальностью.

Спора нет: первый «Трон», вышедший в далеком 1982-м (за два года до появления гибсоновского «Нейромантика») для своего времени был фильмом революционным. Но сегодня смотреть на его скудную, угловатую компьютерную графику без содрогания невозможно. Нет, приятно, конечно, вспомнить те далекие времена, когда слова «программа» и «микросхема» казались волшебными заклинаниями, пришедшими к нам из иного мира. Но все же разница между тогдашними и сегодняшними спецэффектами (а ведь именно на них, а вовсе не на сюжете, и был построен старый «Трон») примерно такая же, как между угловатыми формами какого-нибудь доисторического «БК-0010» и новеньким iMac.

Приятно, что сиквел, снятый за 180 миллионов дебютантом Джозефом Косински, смотрится сегодня не менее новаторским, чем его предшественник. Можно даже сказать, пожалуй, что «Трон: наследие» — самый технически совершенный блокбастер, снятый в формате 3D. Фантастическая игра бликов и отражений; лучи компьютерной реальности, бьющие из экрана прямо в зал; невероятная графика (куда более уместная здесь, чем даже в «Аватаре»): все это сделано в новом «Троне» настолько безупречно, что пенять сиквелу за логические неувязки и несовершенство диалогов может только последний зануда с мозгом, в котором все еще установлен процессор первого поколения.

При этом опасения, что «Трон: Наследие» окажется лишь демо-роликом новейших спецэффектов, к счастью, не подтвердились. В фильме есть, пусть и не новая, но оттого не менее правильная идея, многократно озвученная мудрецами всех времен и народов: на самом деле наш мир совершенен – просто люди слишком заняты своими делами, чтобы это заметить. Прибавьте к перечисленному Джеффа Бриджеса, сыгравшего здесь не только собственную омоложенную копию, но и очередного закислоченного гуру-хиппаря, красотку Оливию Уайлд (удачно сменившую имидж «тринадцатой» из всем уже надоевшего «Доктора Хауса») и неожиданно великолепный симфонический саундтрек, записанный французским дуэтом Daft Punk специально для картины – и станет очевидно, что фильма лучше «Трона: Наследие» в предновогодние дни попросту не найти. А если, выйдя из кинотеатра, вы с трудом сможете припомнить сюжет, не вините в этом Голливуд, а лучше поищите в интернете, где и как вам сделать самому себе полный апгрейд. Или хотя бы переустановить систему.

Максим Эйдис
TimeOut Москва
16 декабря 2010