Интервью с Томом Джонсом

Молодость дяди Тома.

Папа моего знакомого – тоже, кстати, из Понтипридда (Уэльс) – запомнил вас отчасти и как рок-исполнителя. Что, это правда?
О да. Все мы любили рок-н-ролл; Джерри Ли Льюис, Элвис, Фэтс Домино, Литл Ричард. Именно эту музыку я исполнял во всяких пивных и клубах.

Вы сразу поняли, что песне It’s Not Unusual суждено стать хитом?
Я тогда записывал много демо-версий для других артистов, чтобы подзаработать. Мой менеджер Гордон Миллс как-то сказал мне, что пишет одну песню, и если демо будет хорошим, мы смогли бы предложить ее Сэнди Шоу. Он напел куплеты в машине по дороге в студию, и тут я проникся. Я вдруг осознал, что мне нужна эта композиция. Миллс считал ее слишком попсовой, но я уже понял, что это будет мой хит. Слава богу, Сэнди сказала тогда, что песня должна принадлежать тому, кто делал демо, и она просто не способна исполнить ее столь же хорошо. Вот так все и закрутилось.

И с тех пор вы поете ее на каждом выступлении…
It’s Not Unusual – да, постоянно.

Пока не наскучило?
Нет. Я обожаю эту композицию. It’s Not Unusual так просто не споешь – это одна из песен, которые привлекают из-за широкого диапазона, как и Delilah. Я пою их и доказываю себе, что я еще на многое способен.

Вам хорошо запомнились давно минувшие дни в Вегасе?
Ну… Я отправился в Вегас в 1965-м, когда впервые посетил Америку. Я повидался с Синатрой, Сэмми Дэвисом-младшим и Дином Мартином… В Лондоне тогда все звезды собирались в клубе Talk of the Town. Так вот, в Вегасе мне казалось, что там в одном городе не меньше шести таких. В 1968-м мне предложили контракт, и с тех пор я выступаю там каждый год. Думаю, что даже Фрэнк Синатра не выступал здесь так давно.


И там вы повстречали Элвиса? Не совсем. Я познакомился с ним в Голливуде на Paramount Studios в 1965-м, а потом он навестил меня в Лас-Вегасе, чтобы посмотреть, что я из себя представляю. И он захотел вернуться, захотел выступать там. Он потом говорил, что я вселил в него уверенность.

Вы видели, чтобы Элвис отказался от чизбургера хоть раз?
Нет. Он вообще-то и пиццу любил. Даже хранил одну про запас под кроватью.

И какой топинг для пиццы он предпочитал?
Понятия не имею. Мы как-то поздно ночью распевали христианские церковные песни, и он говорит вдруг: «Хочешь пиццы?» Он очень иронично относился к этой своей привычке – никогда не скрывал, что любит поесть. Помню, как у него выросло брюхо, и тогда он завел дома велотренажер – который двигался сам по себе. А Элвис садился на него и поедал фаршированные яйца. Зря он забавлялся: когда он растолстел, ему это здорово навредило.

Вас не раздражает, что для определенной части аудитории вы навсегда останетесь вешалкой для женских трусиков? Меня не радует такая перспектива. Хотелось бы верить, что виной всему мой голос; я пел, и мои песни сводили публику с ума. С годами мои концерты рецензировали, исходя не из качества исполнения, а по количеству пар нижнего белья, которое летело на сцену. Но все гораздо тоньше… Главным остается то, что я вкладываю в свои песни.