Крабат. Ученик колдуна (Krabat)

Германия, XVI век.

По стране, зрелищно опустошенной 30-летней войной, голодом, чумой и морозом, топает Крабат (Давид Кросс), бродяжка подросткового возраста. После вещего сна, в котором 11 воронов убеждают его в том, что он создан для иной, высокой цели, мальчик пробирается на старую мельницу и поступает в ученики к чародею — плотному одноглазому мужчине, похожему на всех отрицательных персонажей из фильмов Фассбиндера сразу. Проведя на чертовой мельнице год, Крабат начинает догадываться, что черная магия вредна для здоровья, и, как и принято в сказках, разнюхивает главный секрет хозяина.

Новая история про мальчика-колдуна? Еще один паразит на Гарри Поттере? Ничего подобного. «Крабат» гораздо ближе к немецким киносказкам 1970-х, всем этим буквальным и мало отличимым от хорроров переложениям братьев Гримм, чем к современной детской франшизе, сознательно несущей в себе сериальную эпичность, педагогический заряд и эскизы для целой линейки сопутствующих товаров. Жесть и трепет тут начинаются уже со вполне брейгелевского кастинга (самый симпатичный из актеров, Даниель Брюль — скоро мы увидим его в «Бесславных ублюдках», — гибнет во второй трети фильма), продолжаются декорациями из жирной грязи и серых бревен и заканчиваются очевидным сходством всей этой школы волшебников с гитлерюгендом (тут то ли работает волшебная сила немецкого языка, то ли сама история об умных мальчиках, желавших стать сверхлюдьми, а превратившихся в обычное мясо, автоматически вызывает ассоциации с «Россией-88»).

Весь замогильный средневековый антураж на месте — есть дерево-виселица, есть гиперреалистическая утопленница, мука из черепов и, кажется, сам дьявол. Еще, конечно, приятно, что при соблюдении всех христианских (вернее, антихристианских) формальностей, таких как зарывание распятия в куриный помет или рисование на лбу перевернутой пентаграммы, кино про отречение от веры совершенно не грузит собственно религиозной дидактикой. Все очень корректно и по-общечеловечески прагматично. То есть, выходит, например, продавать душу дьяволу — это нормально, гораздо хуже то, что при этом тебя обвешивают.

TimeOut Москва
21 мая 2009