Райфельд — о музыке

Музыка в Алматы представлена многолико: и песнями в кабаках, и клипами на ТВ, и музыкальными паузами между рекламой на радио. Музыкальный критик Роман Райфельд — один из немногих в стране, достойный называться так, — за годы деятельности/борьбы с поп-трэшем накопил мыслей по теме и делится ими с читателями Time Out.

Вы ожидаете, что «злой-плохой» Райфельд вновь подкинет лопатку-другую заранее заготовленного навоза на безжизненную пашню казахстанского шоу-бизнеса? Но писать про то, что давно уже факт — нет у нас ни «шоу» ни «бизнеса», — бессмысленно. Можно лишь зафиксировать состояние, в котором пребывает наша музыка в 2008-м. Буду очень стараться найти то, что отличает это лето от, скажем, лета пятилетней давности. Прежде всего замечу, что артистов у нас стало больше. Давно ли вы смотрели MUZZone и «Хит-ТВ», посещали магазины сети «Меломан» и «Граммофон»? Попса представлена во всем многообразии. Собственно, кроме нее, ничего и нет. Потому что не делается иная музыка в нашей стране, если не считать творчества Едиля Хусаинова, Далера Назарова, «Уркер» и Куата Шильдебаева, чьи последние диски вышли как раз накануне лета.

Легче сравнить нашу поп-музыку с эстрадой в таких более-менее близких нам странах, как Турция, Индия, Украина (где много и талантливых рок-музыкантов). Порывшись в тамошних шоубиз-сундуках, приходишь к выводу: там это уже конвейер, разнообразный жанрово и репертуарно, способный наводнить местный рынок и даже вытеснить с него импортируемую музыку. Среднестатистическая турецкая (индийская, украинская) поп-поделка из хит-парада на голову выше своей казахской сестры, хотя талантами мы и сами богаты.

Прежде чем спорить, памятуя, что надысь обливались пьяными слезами под горланящего местный музыкальный продукт кабацкого певца, прослушайте музыкальные сборники «Сүйікtime», «50/50 Қазақстан», «Бiздiң (Наши) Жұлдыздар» №27 и №28 и «Мой Казахстан № второй» (так и называется). Что там? Во-первых, огромное количество групп и артистов, что пришли в наш мир… ненадолго. То ли от слабости амбиций, то ли из-за небезграничности папиных-любовниковых-продюсерских-собственных ресурсов. Апологетов музыкального регресса множество: А. Бухарбаев, Ergar, С. Али, «Бейбарыс», KZ, Нурбол, «Свободный Style», Кайрат Тама, FM, «Тайны города ’’D’’», Шамси, Seriler, «Қос Нұр», «До-Мажор», DoStar, «Ақжелкен», «Нұр-Тұмар», Ansar, Серикбол… довольно. Это первые попавшиеся имена, которых вы, возможно, не обнаружите уже в следующем сборнике местных «хитов». На смену им придут другие, не более одаренные.

Во-вторых, композиторы наши не брезгуют отсутствием собственных идей, весьма неубедительно прикрывать заимствованиями из чужой музыки. Очень сложно назвать плагиатом, когда чуть-чуть Стинга, чуть-чуть чего-то эрзац-арабского и даже проигрыш из Boney M «стильно» стибрен. В уродливой смеси это, словно туман, окончательно сбивает с курса легкого узнавания уже слышанных не раз мелодий. Но — муху не проведешь. Наш попсовый мейнстрим сегодня — это 2/3 казахской и советской эстрады 70-х и 1/3 западной.

В-третьих, почти вся казахская музыка пишется «в одной студии»: на одном оборудовании, в одних и тех же компьютерных программах. Некоторые сборники поставляет на рынок студия «Дастан». Может, поэтому все песни дисков серии «Мой Казахстан», созданные в разные годы, звучат практически в одну линию, будто писались за одни сутки одним артистом. То же можно сказать о сборниках Alem-Music, чуть дальше от них ушли продукты Raim Music Records, и то разве из-за лучшего подбора треков и оформления. Все это мне напоминает сборники российской попсы 90-х. Возможно, через какое-то время и компиляции нашего товара станут звучать современнее, хитовее, внятнее.

В-четвертых, если такая продукция, как «All Давай» и Мурат (из некогда гремевшего дуэта) до сих пор пользуется спросом, значит, культурный уровень нации в целом не предполагает более высоких запросов. Для большей части народа даже относительно попсовая музыка Батырхана Шукенова и Musicola — как доказательство теоремы Ферма на 130 страницах. «Чуть ближе, но все так же далеки» от большей части аудитории Казахстана и такие артисты, как Макпал Исабекова, Алмас Кишкенбаев, Айкын, Иван Бреусов, Алишер Каримов, Дильназ Ахмадиева, «Дара». Потому что их музыка сложнее простеньких гармоничных ходов «Музарта» и «Жiгiттер», звучащих в районе автовокзалов и базаров. Ведь для народа это не сложнее последовательности Фибоначчи: 1+2=3.

В-пятых, имеется феномен «Музарта». На основе казахской эстрадной и народной застольной традиции второй половины XX века создается беспроигрышный вариант для аульной и, в связи с большой миграцией в города, городской публики. Такие песни составляют 100% репертуара вышеназванного трио, а также сотен ее последователей. Отличают эти композиции простота и мелодичность, похожесть друг на друга, карапайым-бешарашные аранжировки, тематическая скудность — любовные страдания, в основном — и, разумеется, минорная тональность как мать тоски. Однако именно это и объясняет успех песен у народа, а исполнителей делает кумирами миллионов. В-шестых, и этому я как-то даже целый материал посвятил, в казахской современной попсе, как и ранее, прослеживается любовь к хип-хоп-культуре. Кто-то переделывает на казахский песни Брайана Макнайта, а кто-то — читает рэп на русском («Гильдия») или казахском (Ansar). Больше это, конечно, подражание, причем убогое, и во всем, что скучно. И даже традиционное для «черноты» сексуально шепчущееся «Уeah, yeah» звучит из наших уст как-то асексуально.

5 лет назад я бы просто не смог собрать столько имен для написания статьи. Не стоим на месте, развиваемся. И не надо обещать мне ужасную месть, уважаемые казахстанские артисты, за то, что мой взгляд на ваше творчество не соответствует вашему. Не мне, в конце концов, решать, петь вам дальше или стать камнем, как в казахской народной сказке.